Кто и как служит японским божествам

Празднество священных факелов (Ото-мацури)


Я уже упоминал о Факельном мацури, которое проходит в феврале в городе Сингу. Это одно из

тех празднеств, какие в Японии относят к особому разряду — «мацури, во время которых паричка смертей — дело само собой разумеющееся». Особенность его заключается в особом методе «спускания» ками, в котором принимает участие значительная часть мужского населения, еще не утратившая азарта и желания показать себя. Празднество начинается с утреннего омовения в колодном море наиболее стойких и приверженных традиции. Температура, конечно, не минусовая, но без теплой куртки ветер пронизывает до костей. Вернувшись домой, смельчаки присоединяются к тем, кто решил первую фазу пропустить, но зато не теряет время на втором этапе. Переодевшись во все белое, участники предстоящего вечером события готовят себя к нему, потребляя еду исключительно белого цвета, к которой, несомненно, относится и рисовая бражка, известная повсеместно как сакэ. К вечеру подготовившаяся таким образом толпа, размахивая сложенными из деревянных дощечек факелами, высыпает на улицы, заблаговременно очищенные от машин. Полиция тоже наготове, причем в полном боевом облачении — шлемы, щиты, дубинки. Такое впечатление, что все готовятся, по крайней мере, к восстанию. При этом каждой из противоборствующих сторон известно о намерениях другой. Направляясь за благословением в храм Хаятама-тайся, одно из трех главных святилищ Кумано, находящееся в этом городе, участники мацури, обмениваясь громкими приветствиями, норовят при встрече себе подобных посильнее стукнуться приготовленными факелами.

После этого поток облаченных в белые куртки и штаны мужчин с обернутой несколько раз вокруг тела священной веревкой симэнава направляется к возвышающейся на краю городка горе, на вершине которой находится огромная скала (ивакура). Здесь-то и будет происходить главное таинство — «спускание ками» в тела этих разгоряченных мужчин, которые и принесут священный огонь в город. Хода туда простым зрителям в этот особый час нет, пропуском является само белое облачение участников. Одна за другой исчезают, как привидения, белые фигуры на темной лестнице, ведущей наверх. Некоторые из них уже нуждаются в помощи сотоварищей. Эта лестница и будет служить главной ареной предстоящего состязания — кто первым сбежит по ней в город.

Если бы это была обычная лестница, то приведенная «смертоносная» характеристика описываемого мацури могла бы показаться преувеличением, но дело в том, что ступени лестницы выложены прямо на склоне горы необработанными камнями. Крутизна такая, что при подъеме следующие ступеньки оказываются прямо перед твоим носом. Для того чтобы помочь себе руками, даже нагибаться не приходится. Нетренированному человеку уж точно раза два придется остановиться в пути, чтобы перевести дыхание и унять бешено колотящееся сердце. А при спуске стоит только оступиться, и все — почти отвесное падение с ударом через каждые 50 сантиметров об острые выступы камней.

Вот все желающие поднялись наверх, толпа внизу замерла в напряженном ожидании. Нестройный шум, доносящийся сверху, периодически то затихает, то вновь усиливается. Вдруг на вершине темной горы вспыхивает свет, он становится все ярче, расходится в стороны и превращается в зарево, освещающее вершину. «А-а-а...» — выдыхает толпа внизу, как бы вторя доносящемуся сверху и все нарастающему гулу.

Полиция приободряется и смыкает щиты, образуя живой коридор. Медики перестали пить чай в своей палатке и с сумками наперевес стоят наготове. Фотографы навели объективы. Полное ощущение приближающейся атаки неведомого воинства.

Вот и первый носитель священного огня. Он действительно мчится по отвесным ступенькам, держа высоко над головой пылающий факел. Первому честь и хвала. Его встречают аплодисментами и приветственными возгласами. Говорят, это местная достопримечательность, своего рода чемпион — человек, который всегда первым приносит в город священный огонь. За ним с достаточным отставанием следует головная группа, тоже довольно резво преодолевающая свой путь. Потом уже подтягиваются и остальные. Последними появляются, буквально сползая на самой мягкой части своего тела, переоценившие важность подготовительного этапа празднества и растерявшие силы в борьбе со священным напитком.

Если смотреть на гору издалека, то, действительно, растянувшаяся цепочка факелов напоминает извивы спускающегося с горы огненного дракона, которому традиционно уподобляют явившееся людям божество. «Слава богу, в этом году обошлось, — замечает стоящий рядом знаток местных обычаев, — только царапины со ссадинами, а бывало — действительно шею себе ломают».

Стиснутая узкой улицей, ведущей к подножию горы, толпа факелоносцев выплескивается на главный променад. У многих изначальная белизна одежды уже только угадывается. По идее, священный огонь, зажженный на вершине горы, предназначается для домашних очагов, ждущих, как и люди, своего ежегодного обновления и пополнения божественной энергией. Но толпа не расходится, да и куда спешить. Живой огонь в домашнем очаге уже редкость, все перешли на электричество и газ. Но сегодня «праздник непослушания», и вот прямо на проезжей части, под самым светофором, группа молодежи устраивает из своих факелов костер. Сидят на корточках, пьют пиво. Полицейские молча наблюдают и не вмешиваются, лишь направляя машины в объезд. Постепенно толпа рассасывается. Народ разбивается на группы и продолжает воздавать дань местному «богу са-кэделия» дома и в многочисленных кабачках. К полуночи все затихает — назавтра обычный рабочий день, и лишь старейшины вместе со священнослужителями проведут торжественный храмовый ритуал.

Продолжение:
Празднество божественных столпов (Онбасира-мацури)
Служение ками и развлечение его
Борьба сумо
Стрельба из лука на скаку —- ябусамэ
Проводы ками